Виктор Хрулёв. А.П.ЧЕХОВ: ЛИЧНОСТЬ И ФИЛОСОФИЯ ТВОРЧЕСТВА. Окончание

Окончание. Начало в №№ 1–3

10
Другим п о к р о в и т е л е м Чехова стал известный издатель и литератор А. Суворин. С ним его связывала долгая и, казалось бы, прочная дружба. На первом этапе знакомства и общения Чехов был покорен Сувориным, его знаниями, профессиональным мастерством и энергией. Молодой беллетрист увидел в нем деятельного успешного человека, способного реализовать масштабные проекты. Как раз в это время Суворин осуществил общественное издание Пушкина с предельно низкой ценой каждого тома, чтобы наследие поэта через деревенские ярмарки пошло прямо в народ. Это просветительское дело вызвало похвалу общественности.
В связи с этим Чехов сообщает своему дяде, таганрогскому купцу: «Мой хороший знакомый, Суворин, издатель «Нового времени», выпускает в продажу Пушкина 29 января по баснословно дешевой цене — 2 рубля с пересылкой.
Такие дела может обделывать только такой великий человек и умница, как Суворин, который для литературы ничего не жалеет. У него пять книжных магазинов, одна газета, один журнал, громадная издательская фирма, миллионное состояние — и все это нажито самым честным, симпатичным трудом.
Он родом из Воронежа, где когда-то был учителем уездного училища <…> Мне он платит по сто рублей за один рассказ» (М. Е. Чехову 18 января 1887 г. П. II, 17).
Суворин стал покровителем молодого писателя, поддерживал его материально, продвигал новые произведения в читательскую среду. Постепенно сложились доверительные отношения, помогающие самоопределяться и выверять свои позиции на реакции друга.
Чехов делился с ним самыми «закрытыми», потаенными признаниями, которые не решился бы доверить никому другому. В сферу их диалога вошли насущные вопросы общественной жизни, искусства, литературы. При этом каждый из участников оставался верен себе, мог не соглашаться или корректировать позицию другого, вступать в длительное обсуждение темы. Для молодого Чехова это была своеобразная школа самоутверждения и выкристаллизации взглядов. Суворин был не только издателем, но и драматургом, беллетристом, публицистом. Профессиональное общение помогало обоим достичь большего совершенства и успеха в литературной работе.
Суворин был старше Чехова на 26 лет, по убеждениям консервативен, по многим вопросам привержен правительственной точке зрения. Его газета «Новое время» отличалась реакционной позицией и вызывала враждебное отношение в среде интеллигенции.
Тем не менее между издателем и писателем установилась крепкая дружба, которая претерпела затем серьезные изменения. Человеческая привязанность долго оказывалась выше политических предпочтений, хотя последние не раз вызывали охлаждения в отношениях.
Чехов неоднократно признавал, что Суворин для него — «исключительно интересный собеседник». М. П. Чехова отмечала: «Ум и самобытный талант Суворина произвели большое впечатление на брата. Суждения Суворина по вопросам литературы и искусства очень интересовали Антона Павловича <…>» 22 . Приезжая в Петербург, Чехов обычно останавливался в «собственной» квартире у Суворина, где в его распоряжении находились две комнаты. Друг-миллионер не один раз выручал Чехова в финансовых затруднениях, помогал изданию его произведений. Они вместе ездили за границу, отдыхали летом на даче издателя.
Чехов был благодарен Суворину за поддержку, которую тот оказывал ему на протяжении всей жизни и особенно на первом этапе творческого пути.
Когда известный публицист Н. Михайловский упрекнул писателя в том, что тот печатает свои рассказы в проправительственной газете «Новое время», которую издает А. Суворин, и тем самым служит злу, Чехов решительно отклонил этот упрек. Он ответил Н. Михайловскому, что не чувствует никакой антипатии к «Новому времени», но если бы и чувствовал, не затруднился бы печататься там, потому что слишком многим обязан Суворину, чтобы уходить от него; когда он был слаб и неизвестен и страстно карабкался вверх, никто не протянул ему руки, никто не пришел к нему на помощь — это сделал только Суворин (См.: П. II, 526).
Суворин был интересен Чехову как л и ч н о с т ь, как простой человек, который своим умом и целеустремленностью достиг высокого уровня, обрел обширные знания и статус в творческой среде. Чехов высоко ценил способности Суворина, честно высказывал свои впечатления от его публикаций: «Ваша статья о Толстом — сплошная прелесть.
Очень, очень хорошо. И сильно, и деликатно (А. С. Суворину 6 февраля 1891 г. П. IV, 175). Речь шла о «Маленьком письме» публициста, посвященном «Послесловию» к «Крейцеровой сонате» Л. Толстого. Издатель считал ненужным «Послесловие» в силу его дидактичности: «И я знаю многих, которые, прочитав «Послесловие», вдруг охладели к «Крейцеровой сонате»: на ее поучения, на ее мораль как будто надета этим «Послесловием» какая-то рубашка из прописей, и от самой повести повеяло холодом…» (См.: П. IV, 447). Чехов в это время еще не читал «Послесловие». Когда же ознакомился с ним, разразился протестующей тирадой против умозрительных суждений Л. Толстого.
Суворин хорошо знал Чехова, ездил с ним за границу и обратил внимание на два интереса писателя: кладбища и цирк с его клоунами, в которых он видел настоящих комиков: «Это как бы определяло два свойства его таланта — грустное и комическое, печаль и юмор, смех и слезы, и над окружающим и над самим собою…» (См.: П. IV, 465).
То, насколько Чехов был душевно расположен и творчески привязан к Суворину, свидетельствует и такой факт. В марте 1889 г. Чехов отправил своему другу одноактную пьесу «Татьяна Репина», которую написал в один присест как продолжение одноименной пьесы Суворина. Тот воспринял ее как пародию на свою пьесу, которая шла на театральной сцене одновременно с чеховским «Ивановым». Своей «Татьяне Репиной» Чехов не придавал никакого значения и не планировал ее к опубликованию. В письме другу он так охарактеризовал свой «дешевый и бесполезный подарок» (П. III, 171):
«Сочинил я его в один присест, спешил, а потому вышел он у меня дешевле дешевого <…> Не показывайте его никому, а, прочитавши, бросьте в камин. Можете бросить и не читая. Вам я все позволяю» (А. С. Суворину 6 марта 1889 г. П. III, 171–172).
В данном случае не столь важно, представляет ли этот набросок литературную ценность и как Чехов продолжил драматическую развязку пьесы Суворина, учел ли неудовлетворенность публики концом первоисточника. Важно другое: у Чехова возникла потребность отозваться на пьесу друга и своим подарком поддержать его как драматурга. Суворин отпечатал эту рукопись в двух экземплярах и один экземпляр отправил автору. Их творческое общение было настолько органичным, что Чехов предлагал писать вместе пьесу.
Некоторым современникам эта дружба казалась странной и дискредитирующей талантливого писателя. Но Чехов ставил человеческую привязанность выше идеологических пристрастий. И все же в конце концов несовместимость убеждений Чехова и позиций газеты сделала свое дело. В 1893 году писатель перестал печататься в «Новом времени», но расположенность к Суворину сохранил до 1903 года.
Решающим фактором в угасании их отношений стала поддержка газетой правительственной оценки «дела Дрейфуса» во Франции. Находясь в Ницце, Чехов оказался в центре конфликта, который расколол общество Франции, а затем и России на два лагеря: тех, кто поддерживал правительство, и тех, кто считал суд над Дрейфусом — офицером французской армии, евреем по национальности, беззаконием и мошенничеством. К противостоянию подключились и писатели.
Э. Золя выступил с протестом против приговора в памфлете «Я обвиняю!».
Чехов, познакомившись со стенографическим отчетом суда и с тем, как это дело представляли в прессе, поддержал Э. Золя и, более того, даже готовился публично выступить во французской печати.

Скрытое содержание доступно только для подписчиков Lit-Web. Если вы подписчик, авторизируйтесь на сайте. Если еще нет, то перейдите к выбору плана подписки.

Опубликовано в Бельские просторы №4, 2019

Вы можете скачать электронную версию номера в формате FB2

Скрытое содержание доступно только для подписчиков Lit-Web. Если вы подписчик, авторизируйтесь на сайте. Если еще нет, то перейдите к выбору плана подписки.

Хрулёв Виктор

Родился 13 марта 1940 года в г. Саратове. В 1965 году окончил филологический факультет Башгосуниверситета. Учился в аспирантуре и докторантуре МГУ им.М.В.Ломоносова. Там же защитил кандидатскую и докторскую диссертации. Десять лет (1990–2000 гг.) был деканом филологического факультета БашГУ. Двадцать лет (1993–2013 гг.) руководил кафедрой истории русской литературы ХХ века. В настоящее время – профессор кафедры русской литературы и издательского дела филологического факультета БашГУ.

Регистрация

Сбросить пароль