Марина Йоргенсен. ДО СВИДАНЬЯ, ЧЕБУРАШКА!

Солнечный свет и ощущение счастья. Я открываю один глаз. Потом второй. Да, солнечный свет. Такой пронзительный, такой радостный, такой, какой бывает только в детстве. Потягиваюсь и упираюсь ногами в спинку кровати. Спинка у кровати деревянная, но под ногой у меня что-то пушистое и совсем не деревянное.

И точно не одеяло. Мое стеганное одеяло в хлопчатобумажном пододеяльнике мягкое, но совсем не пушистое. Что это может быть? Или кто? Вытаскиваю это пушистое «что-то» из-под одеяла…Чебурашка! Из спектакля? Он приехал из театра ко мне в гости?!

– Вижу ты уже проснулась и своего нового друга обнаружила, – улыбается бабушка.

– Сюрприз к тебе в гости приехал.

– Волшебный сюрприз, – отвечаю. – Как он узнал, где я живу? Он, что убежал из театра и теперь будет жить у нас?!

В Кукольный театр я ходила с родителями на прошлых выходных смотреть спектакль про Чебурашку и его друзей.

Признаться честно, сам спектакль я сейчас в подробностях не помню, а эпизод про Чебурашку, о том, как он у меня поселился дома, врезался в память навсегда. Было мне тогда, по словам родителей, три года. И это одно из самых первых ярких воспоминаний детства. Воспоминания крутятся в голове хаотичным калейдоскопом и постепенно начинают растворяться в памяти, как капелька акварельной краски в граненом (том самом, дизайна Мухиной) стакане с водой. Поэтому буду рассказывать. Про детали. И про Чебурашку.

Важная деталь детских воспоминаний – сад имени Дзержинского. Тот самый, в котором в самом начале девяностых появился первый настоящий ночной клуб «Мэдисон».

Но это случилось гораздо позже и тогда я уже не жила в большом доме напротив, который под номером семьдесят девять. Если выйти из его арки и перейти дорогу, то сразу попадаешь в сад имени Дзержинского, который не просто сад, но и настоящий парк.

Он мне казался огромным. И деревья были большими. Разглядывать деревья было не очень интересно. Подумаешь, деревья! Интересней было кататься на трехколесном велосипеде, который родители брали для меня в отделении проката парка. Прокатиться на карусели «Ромашка» хотелось даже больше, чем на велосипеде. Но ни по возрасту, ни по росту я на этот аттракцион не проходила. Как же хотелось скорее вырасти! Закрыть глаза, подпрыгнуть три раза на одной ноге и оказаться взрослой. Волшебство взрослой жизни манило возможностями принимать решения…

А пока жизнь состояла из простых и понятных каждому ребенку родом из семидесятых радостей: прыгать в резиночку с соседками, играть в классики, прятки и догонялки.

И качели до головокружения. И конечно же любимые игрушки! Среди которых был Чебурашка – один из важных участников всех моих игр. Пирожные с масляным кремом за двадцать две копейки из соседнего Гастронома тоже важная деталь моих детских воспоминаний. И мороженое Пломбир за двадцать копеек. Горло болело часто, поэтому мороженое мне перепадало редко. Но как же хотелось мороженного! Постоянно.

–Вот стану взрослой, буду завтракать исключительно мороженым! – мечтала я. –А может быть и обедать.

А потом после долгой прогулки в парке мы с бабушкой шли в хлебный магазин, что на углу дома номер сорок. Кроме хлеба (белого, украинского и бородинского) там всегда продавались бублики с маком. Бублики с маком я не любила. Но могла немного съесть («поклевать» по выражению бабушки) за компанию с соседкой-ровесницей Таней, большой любительницей бубликов с маком. Зато я очень любила томатный сок.

Сок наливался в граненый стакан из стеклянного конуса. В такие же конусы в отделе «Соки – Воды» были налиты немного любимый грушевый с мякотью и совсем не любимый яблочный без мякоти. Весной появлялся березовый. Сезонное предложение – как это сейчас называется. Специально для томатного сока на прилавке стояли два граненых стакана: один с солью, второй – c чайной ложкой в мутной воде. Этой ложкой полагалось добавить в свой сок соль по вкусу. Пишу и понимаю, что «мутная» – это прилагательное от меня сегодняшней. Взрослой. А тогда мне казалось, что это абсолютно нормально, что незнакомые друг с другом люди добавляют соль в свой стакан одной и той же ложкой. У моих родителей такое положение вещей тоже не вызывало, как я понимаю, особых возражений. Что и говорить, это были времена, когда детей не пристегивали ремнем безопасности. И в прямом, и в переносном значении этого выражения.

Но и скорости были другие. И на дорогах города, и на дороге, имя которой «жизнь».

А вот бабушка прекрасно все понимала про магазинный томатный сок. Что он хуже, чем домашний. Поэтому специально для меня делала домашний томатный сок. Соковыжималки у нее не было. В конце семидесятых соковыжималки ни у кого не было, или почти ни у кого. Бабушка вручную, через сито, перетирала помидоры, добавляла немного соли и подсолнечного масла. Потому что полезно.

– Марина, будешь пить томатный сок?

– Конечно буду! Ах, этот…

Скрытое содержание доступно только для подписчиков Lit-Web. Если вы подписчик, авторизируйтесь на сайте. Если еще нет, то перейдите к выбору плана подписки.

Опубликовано в Кольчугинская осень 2018

Вы можете скачать электронную версию номера в формате FB2

Скрытое содержание доступно только для подписчиков Lit-Web. Если вы подписчик, авторизируйтесь на сайте. Если еще нет, то перейдите к выбору плана подписки.

Йоргенсен Марина

Кандидат экономических наук, фриланс-консультант. В 2006 году закончила дистанционные курсы фриланс журналистики «Лиссабон. Счастье как способ путешествия» - дебютный роман Марины Йоргенсен. Книга вышла в 2015 году в издательстве ЭКСМО. Также Марина Йоргенсен автор рассказов, которые вошли в сборники, вышедшие в издательстве ЭКСМО в 2016 году. «Крым, я люблю тебя». 42 рассказа о Крыме», «Трава была зеленее, или писатели о своем детстве». В настоящее время Марина Йоргенсен проживает в Лиссабоне (Португалия).

Регистрация

Сбросить пароль