Николай Алешков. КОВЧЕГ

Поэма

1.
Боже, за что – не знаю –
милость Твоя дана:
море, купель земная,
плещет у ног. Видна
вся полоса залива
между скалистых гор.
Хочется быть счастливым,
всё остальное – вздор!
Сердце, забудь о боли!
Парус зовёт вдали.
Моря на свете больше,
чем на Земле земли.
Лишь небеса бездонней.
К тайнам сокрытым нить
в тёплых морских ладонях
хочется ухватить.
Буду с волной лизаться,
вдруг и услышу гул
древних цивилизаций –
их океан вдохнул…
Я по судьбе протопал,
кажется, тыщу лет.
Небо грозит потопом,
море молчит в ответ.
Как бы ни заносило –
к берегу плыть верней.
Берег. Ковчег. Россия.
Мир устремился к ней.

2.
Берег. Ковчег. Россия.
Порт отправленья – Крым,
как бы ни голосили
недруги – «скрымтымным»! 1
Зубы у них скрипели…
Снился поэту сон:
русские песни пели
Киев и Вашингтон.
Пусть позакрыли двери!
Кремль, продолжай, не трусь!
В вещие сны поверю,
если сплотится Русь.
Правда и сила с нами.
Русский другим не волк.
Мы всей страною встанем
скоро в «Бессмертный полк»,
как сыновья Победы,
дочери тех, кто спас
мир. Пусть отцы и деды
смотрят с небес на нас.
В войске они Христовом,
«смертию смерть поправ».
Каждый с мечом и словом,
каждый пред Богом прав…

3.
«Будьте отцов достойны!» –
шепчет морской прибой,
помнящий кровь и стоны,
помнящий смертный бой –
в сорок четвёртом битву
за Севастополь, Керчь.
Русские шли с молитвой
в огненный этот смерч.
Чья была крепче жила,
дать ответ не берусь.
Сколько же ты сплотила
разных народов, Русь?
Русский, грузин, татарин…
Павших – поди, спроси –
кто там пассионарен
был на святой Руси?
Белый ты или красный
(этих спроси и тех),
русскими не напрасно
их называли всех…

Крым – Ушакова слава!
Бьётся волна в гранит.
Тихая Балаклава
тайны свои хранит.
И адмирал Нахимов,
и рядовой матрос
здесь подтверждали имя –
непобедимый росс!..
В море впадают реки…
Оторопев, смотри –
вырублены навеки
в скалах монастыри.
Дух православной веры
нам, Инкерман, открой!
Мощи, а не химеры
спрятаны под горой.
Вздрогнув, очнись от страха:
не на тебя ли взгляд –
души святых монахов
сквозь черепа глядят.
Вечности пряжу вяжут
в костнице. Рядом – Спас.
«Мы были вами, – скажут, –
вы превратитесь в нас…» 2
Здесь же, у Инкермана,
прямо под той скалой –
пропасть, как шрам, как рана
страшной войны былой…
Молнией боль искрится,
нервы свивая в жгут.
Истинные арийцы
пленных держали тут
хуже скота. Без пищи.
Были овчарки злы.
Люди («не меньше тыщи»)
падали со скалы.
Павшие – иль забыты?
Лагерь расстрелян был.
В бездне морской сокрыты
тысяча их могил.

4.
Русская ностальгия.
Бунин, Шмелёв, Куприн…
Передралась Россия.
Вбит в самый комель клин.
Брат с топором на брата.
Наземь летят кресты.
Тройка летит куда-то.
Русь, очумела ты?
Нехристи из потёмок
ринулись править в ней.
Правду узнай, потомок,
из «Окаянных дней». 3
Матушка, не по силам
мир на себе держать?
Гнев перетёк по жилам,
вытеснив благодать.
Удаль у нас безмерна.
Норов наш – без границ.
Смутно на сердце, скверно
меж разъярённых лиц.
Видеть вражду – мученье.
Не остановишь шквал!
Всех оглашённых чернью
Пушкин не зря назвал…
Как вам в Париже, в Ницце,
Бунин, Шмелёв, Куприн?
Русское сено снится
в хрусте чужих перин?
Не превозмочь и в Ницце
«Лета Господня» 4 крах.
Лучшие – за границей.
Лучшие – в лагерях.
Правда всегда упряма,
словно слеза из глаз:
«Сколько зарыто в ямах!» –
горький рязанский сказ… 5

5.
– Павшие – все – храбрее
выживших, – говорил
старый десантник, грея
внучке ладошку. Плыл
клин журавлиный к югу,
может, к Сапун-горе,
где он могилу другу
выдолбил на заре…
И фельдшерица наша
в клубе, приняв «грамм сто»:
– Я – санитарка Маша, –
плакала. – Помнит кто
с передовой подружку?
Я между мин ползла,
а своего Ванюшку
вынести не смогла.
Мы целовались вместе,
а воевали врозь…
Лей! Я «махну» и «двести»,
а зубоскалить брось!
Вёл нас товарищ Сталин
к славному рубежу.
Лучшие ТАМ остались,
вот что я вам скажу…
Лучшие – там. В сраженьях
русский народ ослаб?
Но Родионов Женя, 6
воин и Божий раб,
перед бандитом с шеи
так и не снял креста,
жизнь положивши, смея
путь повторить Христа.

6.
К Чёрному морю ликом
русский стоит солдат.
Всяк, кто со злом и лихом,
ну-ка вертай назад!
Слева нагрянут орды –
выжгут всю степь дотла.
Справа – Европы морда –
помнит о ней скала.
Нож или камень в спину.
Кто там? Залётный вор?
Братская Украина,
древний славянский спор…
Вежлив солдат чрезмерно.
Между орущих толп
встал он, присяге верный,
несокрушимый столп.
Камни летят с обеих –
нет! – с четырёх сторон.
Русские? Значит, бей их,
в ствол загоняй патрон!
Русский себя погубит,
русский врага спасёт.
Кто нас таких полюбит?
Кто нас таких поймёт?
Прыгнуть на бомбу? Пофиг!
Спас! Обречённо стих…
Русского слова «подвиг»
нет в словарях других.
В небо, что нет синее,
смотрит герой из тьмы:
«Были враги сильнее,
но победили мы…» 7
Между цивилизаций
тысячу лет стоим.
Терпим. Не ждём оваций.
Пост не отдать другим.

7.
Звёзды горят. На Млечный
держим в ковчеге путь.
Все мы уйдём, конечно.
Русь остаётся пусть!
Пусть паруса белеют –
ветер их в клочья рвёт.
Кто-то ведь уцелеет?
Кто-то ведь мир спасёт?
Я написал поэму.
Сын, закачай в планшет,
чтобы однажды – в тему! –
вспомнить отца завет:
Родину не меняют,
веру не предают.
Русские это знают,
песни о том поют.
Жизнь – утоленье жажды,
брызг океанских взвесь.
Счастлив я был однажды
с мамой твоею здесь.
Память об этом свята.
Спор бестолков с судьбой.
Горькая та утрата
нас обожгла с тобой…
Шторм не один изведав,
помним спасенья для –
кровью отцов и дедов
полита вся земля.
И потому – святая –
в звёздных огнях, в дыму.
Сын, я с тобой мечтаю
вновь побывать в Крыму.
Выйдем на берег, скажем
миру всему в упор:
– Чёрное море – наше!
Всё остальное – вздор.

1 . Скрымтымным – новояз, словечко придуманное Андреем Вознесенским
2 Речь идёт об Инкермановском Свято-Клементьевском мужском монастыре. «Костница – маленькая келья за стеклянной дверцей, за которой выставлены черепа усопших монахов со словами: «Мы были такими, как вы. Вы будете такими, как мы»
3 «Окаянные дни» – книга И.А. Бунина о революции и гражданской войне в России.
4 «Лето Господне» – одна из лучших книг о русском православии И.С. Шмелёва.
5 «И сколько зарыто в ямах…» – строка из поэмы С.А. Есенина «Анна Снегина».
6 Евгений Родионов – русский солдат, казнённый боевиками-террористами в Чечне в мае 1996 года за отказ сменить веру и снять с груди православный крест.
7 «Были враги сильнее, Но победили мы…» – цитата из стихотворения поэта Николая Рачкова.

Опубликовано в Бийский вестник №3, 2020

Вы можете скачать электронную версию номера в формате FB2

Скрытое содержание доступно только для подписчиков Lit-Web. Если вы подписчик, авторизируйтесь на сайте. Если еще нет, то приобретите премиум-подписку.

Алешков Николай

Родился в 1945 году в селе Орловка (ныне в черте города Набережные Челны). Работал на строительстве КамАЗа рабочим-строителем, руководителем пресс-центра, инженером-диспетчером. Окончил Литературный институт имени А.М. Горького. Работал журналистом в различных газетах. Поэтические сборники: «Запомни меня счастливым» (1983), «Орловское кольцо» (1988), «Ночной разговор: Лимит» (1993), «Дальние луга» (1995), «Сын Петра и Мариши» (2005), «С любовью и нежностью» (2010), «От сердца к сердцу» (2012) и другие. Лауреат премии имени Г. Державина, имени А. Прокофьева «Ладога», литературно-краеведческой премии имени Эдуарда Касимова. Живёт в городе Набережные Челны.

Регистрация

Сбросить пароль