Владимир Полухин. СТИХИ В АЛЬМАНАХЕ “ЕНИСЕЙ” №2, 2019

***
Внезапно вечером заломило левый висок.
Шаги через силу — словно в песок
По щиколотку увязли ноги мои.
Ты не замечала. Убегала. Кричала: «Лови!»

Внезапно понял, что уже не двадцать пять,
И вместо: «Боже мой» — шиплю сквозь зубы: «Твою мать».
Всё чаще вопрос: «Хватит ли сил для нового дня?»
Любимая, не рискуй. Не стоит ставить на меня.

***
Наблюдаю за прошлым —
Двор, солнце, под забором горошина.
Вот кошка — чем-то неявным встревожена.
Вот маленький росток — проклюнулась горошина.

Жжётся — коленки зелёнкой измазаны.
Если отмыть — мы будем разными.
Но пока не поймали, скачем чумазыми
В пыли под тополями, акацией, вязами.

В кастрюле на печке вода греется.
По телевизору — «Время» (лет десять ещё не изменится).
Всё чаще в мыслях тянусь к улетевшему прошлому.
А вокруг старый лес — то, что было горошиной.

***
А у нас как обычно — привычный порядок:
нет скандалов, майданов, нет драм бытовых.
В нашем местном пруду извели всех русалок,
и беззубым (так принято) пишется стих.
Этот город притих, погрузился в сиесту,
притворился курортным — и всё, нет проблем.
Только мальчик с гитарой здесь явно не к месту.
Его пафос наивен — мы не ждём перемен.

***
Я замёрз. Дай мне плед, шерстяные носки — я мечтаю согреться.
Принеси мне дымящийся кофе, бульон, молоко или мяту.
Я устал от людей и сетей, где мы вместе и порознь публично распяты.
Я прикрою глаза — попытаюсь увидеть последние отблески детства.

Измельчала эпоха — или мы стали очень большими.
Нас уже не заводят скандалы, интриги и драки.
Меня больше волнуют бегущие стаей собаки
И какая погода нам выпадет на выходные.

Это просто хандра. Это осень в классическом стиле.
Я сейчас побрюзжу пять минут — и больше до завтра не буду
Не ругайся. Я помню про график… Встаю и иду мыть посуду.
И я рад, что ушли наконец всевозможные «или».

***
Протянуть руки,
Взять,
Крепко сжать,
Прислушаться к дыханью,
Начать дышать
Синхронно,
Дышать в унисон.
Это реальность
(Я сам в это верю с трудом).
В этой реальности уже не поставить в загон.
Научившись дышать — не ужиться в загоне.
Страшно вспомнить, сколько блёклых лет провёл в коме,
Как-то передвигаясь, общаясь, местами греша,
Местами дрожа…
Но не дыша.
Так, не дыша,
В этой реальности не умереть со скуки…
Протянуть руки,
Взять,
Крепко сжать.

***
Мы знаем, как моря становятся морями,
Оставаясь чем-то мокрым,
Видим в стёклах отраженья тех, кого нет с нами,
Только сами как-то блёкло
Смотримся в зеркалах и портретах на камне.
Яркие краски только на экране,
Яркие краски — вкус запретного плода.
Вы искрились, несмотря на то что погода
Была то липко-пасмурной, то липко-жаркой.
Противоестественно отказываться от подарков.
Противоестественно отказываться от счастья —
Последнего, предпоследнего, предпред…
Потускнел, рассеялся тот свет.

Иногда бывает — ночью не приходит сон.
Идёшь на ту самую страницу тайком.
Ведь в стёклах отражаются те, кого нет с нами.
А моря — они мокрые. Они так и останутся морями.

***
Опять ноябрь подкрался незаметно:
Внезапный насморк, на дороге гололёд.
Приходится всё чаще — против ветра.
Но…
Всё пройдёт, родная. Всё пройдёт.

Длиннее вечера, и разговоры
Плутают и теряются в потёмках.
А за окошком снег присыпал горы.
Готовятся волхвы идти на поиски ребёнка.

А в небе — звёзды, звёзды, звёзды, звёзды!
А дома — дети, дети, дети, дети…
Переберём воспоминания о лете.
Родная, а давай сегодня ляжем спать не поздно.

***
Душное лето.
Аэропорт. Я с букетом.
Встречаю. Встречаемся. Взгляд.
Так через прицел за мгновенье глядят —
За мгновенье до выстрела.
А здесь и сейчас немыслимо
Даже представить такое.
Это как в пирожном перец…
Мы не виделись почти месяц…
Объяснение, через пару минут, простое:
— Милый, нас теперь уже не двое.
Задержка четыре недели.
Да-да, как раз перед тем, как мы улетели.
Кто-то из нас был неосторожен.
Забей. Ты мне ничего не должен.
Это только моё дело.
Я всё давно решила.
Это моё тело.
Я не хочу, как страшила,
Ходить с токсикозом и пузом.
Мне до диплома два года.
Мутит. Голова идёт юзом.
Гадская здесь погода.
С Леночкой съездим в больницу,
Она там была два раза.
Ничего со мной не случится,
Ничего.
Обрубаем проблемы сразу.
Я что-то кричал, шептал, говорил —
Не помню. Да какая разница…
Вчера вот дочери за океан не звонил.
А получилась умница.
Да и красавица.

***
У меня плохое воображение:
Я не могу представить океан любви,
Я не знаю, что такое океан любви.
Я знаю, что такое капля любви —
Это ровно столько, сколько у меня есть.
Капли не хватит на весь мир,
Так же как одной спичкой не согреть зиму.
Но, может быть, именно этой капли
Тебе не хватало для счастья.

***
Когда я исчерпаю небо,
Когда себя поймаю в луже,
То вспомню город, где я не был,
И вспомню всех, кому был нужен.
Я вспомню всех их поимённо,
Перелистаю попортретно.
Их далеко не легионы,
К тому же, унесённы ветром
Из них не меньше половины —
Кого куда, жаль — безвозвратно…
И жизни… меньше половины
Осталось.
Память, пепел, пятна…

Опубликовано в Енисей №2, 2019

Вы можете скачать электронную версию номера в формате FB2

This content is for members only.

Полухин Владимир

Родился в посёлке Урал Красноярского края 22 апреля 1969 года, поэтому родители назвали в честь вождя. Учился на юриста в Красноярском государственном университете. После службы в армии начал писать песни, в 1990 году собрал свою рок-группу. В 1993 году завязал с музыкой и решил заработать очень много денег. Периодически это почти получалось. Перепробовав несколько десятков профессий, в 2011 году, осознав, что больше не может без музыки, создал группу «Zapovednik Goblinov», играющую «инди» (независимую музыку). Долгое время не обращал внимания на тексты, которые не становились песнями. Со временем их стало много... В апреле 2018 года стал лауреатом конкурса имени Игнатия Рождественского в номинации «Поэзия».

Регистрация

Сбросить пароль