Елена Тверетина. В ЛЮДЯХ

Сима проснулась ровно в шесть утра. Ну да, «проснулась» (не так уж много времени прошло с низвержения – пенсия, по-здешнему – каждый раз хоть на секунду да призадумывалась, чтобы самоопределиться), хотя могло быть и «проснулся», скажем. Вернее было бы «проснулось» (но здесь это не так понимают). Додумывать Симе не хотелось: по старой, ещё сферной, памяти решила выстроить план деяний на день. Зачем вставать в шесть, она не понимала. Но в «Памятке для безвременно низвергнутых по заслугам» (в разделе «Индивидуальные указания») говорилось, что в стране ПС-01 пенсионеры встают рано. Затем они пьют чай, едят кашу «геркулес», идут по магазинам в поисках дешёвых продуктов, возвращаясь – смотрят передачи по телевизору. Где-то в промежутках между сериалами и телешоу обязательно сидят на лавочках у подъездов и судачат с соседками. В день выдачи пенсии ждут в гости детей и внуков. И всё время чем-нибудь хворают. Вот, в общем-то, и все нехитрые указания. В Сферах бывало и посложнее, но тогда и молодость была, и пыл – чего уж там. Охо-хо-шеньки…

После выслуги веков, чтобы натурализоваться, Симе пришлось поселиться в «однёшке» на окраине провинциального городка (легенда: разменялась и разъехалась с детьми), получать пенсию (Сферная Канцелярия определила вспомоществование в размере пяти тысяч шестисот рублей – ну что там говорить: тысячелетняя традиция всегдашнего скупердяйства) и тратить её. Вот это, пожалуй, было самое неприятное – Сима привыкла работать (там, в Сферах, в 2956-м Легионе 42-го Сонма) с духовным, а не с материальным. Да и подопечных у неё отобрали, ну тех, которых обычно проводишь через весь Путь. А ведь с ними свыкаешься, как с родными, радуешься с ними вместе и огорчаешься, помогаешь чем можешь.

Подопечные, можно сказать, любили Симу, часто обращались к ней с просьбами. Работа живая, душевная.

Другое дело, что Перечень услуг, которыми могла руководствоваться Сима, был не очень-то велик – ну что поделаешь: Симе по чину большее не положено (всего-то 14-й серафический, но не всем же быть в привилегированном 1-м).

Здесь тоже хотелось работы с людьми – кое-что всё же могла ещё по старой памяти (оставили кое-какие сферные навыки «за долгую безупречную службу»), ну вот она и взяла в условно подопечные (с ограниченным кругом Помощи) двух старушек и одного старичка – больше не позволи ли. Ну хоть так…

Пенсия-то пенсией – вроде как отрезали от Сфер, но всё же связующую ниточку оставили, не аспиды, чай. Раз в месяц имела право Сима связываться с Канцелярией по спецканалу телевизора: отчёт какой-никакой отправить или совета испросить, указания получить по необходимости, с нововведениями ознакомиться – мало ли.

Был и ещё один – резервный – канал связи: старый как мир, проверенный. Срабатывал, правда, он лишь в тёплое время года: кладёшь на ладонь симпатичного крапчатого жучка, подбрасываешь со словами: «Божья коровка, улети на небко!» (ну, естественно, при этом называешь номер телефона нужного специалиста из Сферной Канцелярии) – и решай свои вопросы.

Плюс одна просьба в месяц полагалась Симе (в пределах разумного, конечно). Но она берегла пока просьбы для чего-нибудь понастоящему важного – по старой, давно наработанной  привычке  знала:  ой  как  может пригодиться. Хорошо, что просьбы по истечении месяца не обнулялись и годика за полтора можно было собрать, скажем, на уменьшение тарифов на электроэнергию или продление жизни пожилой кошке (прейскурант прилагался к памятке). Но Сима ещё сама не очень освоилась – низвергнулась полгода назад. По человеческому счёту, конечно. В Сферах не так считают…

В Симиной микражке, кроме неё, жили ещё двое сферных – баба Липа из соседней общаги и Хабиб Гулямыч Загидуллин из двадцать третьего дома. А сама Сима, с виду моложавая приветливая женщина лет шестидесяти, по местному паспорту значилась Серафимой Ивановной Носковой. С бабой Липой, маленькой улыбчивой старушкой (13-й херувимский, невысокий, чин), они сразу же по-хорошему сошлись. А вот чернобровый корпулентный Хабиб Гулямыч (по его словам, 5-й подархангельский чин) важничал, держался высокомерно, дерзко критиковал деятельность Канцелярии и чуть ли не самих Сфер, намекая на свои тамошние неучтённые заслуги

(«Из падших, – решила Сима, – они такие»). Может, и ещё кто был здесь из сферных (и не обязательно антропоморфных, человекоподобных то есть), но Сима пока толком не знала: в Канцелярии об этом сильно не распространялись. При низвержении спросили, правда, в каком она виде хочет отныне бытовать (ну это так, для проформы: обычно все хотели быть похожими на людей – традиция такая), и назвали пару адресов местных сферных – чтобы не чувствовала себя уж совсем отставленной.

Сегодня надо было поработать с одной из условно подопечных. Она (подопечная) давно просила своего непосредственного опекателя, но тот был какой-то нерадивый, всё у него руки (хм…) не доходили – эх, молодёжь-молодёжь…

Сима открыла верхний ящик тумбочки и достала свеженький, помеченный вчерашним днём, список просьб. Всё же в Сферах молодцы: раньше, говорят, на почту «до востребования» за сообщениями надо было ходить – теперь заглянул в специнвентарь («тумбочка прикроватная») – вот и рапортичка.

Скрытое содержание доступно только для подписчиков Lit-Web. Если вы подписчик, авторизируйтесь на сайте. Если еще нет, то перейдите к выбору плана подписки.

Опубликовано в Огни Кузбасса №5, 2018

Вы можете скачать электронную версию номера в формате FB2

Скрытое содержание доступно только для подписчиков Lit-Web. Если вы подписчик, авторизируйтесь на сайте. Если еще нет, то перейдите к выбору плана подписки.

Тверетина (Толстикова) Елена

Родилась в 1959 году в Кемерове. Окончила филологический факультет Кемеровского государственного университета. Работала учителем русского языка и литературы в Верхотомской спецшколе; ассистентом кафедры русского языка в КемГУ; корректором, старшим корректором и литературным редактором в газетах: «Кузнецкий край», «Кузбасс», «Российская газета: Кузбасс» и в ряде других региональных изданий. Член Союза журналистов России с 2003 года. Рассказы публиковались в газете «Кузнецкий край».

Регистрация

Сбросить пароль