Азалия Балгазина. ЖИВАЯ ВОДА

О спектакле «Река Потудань» по повести Андрея Платонова в постановке Псковского академического драматического театра имени А. С. Пушкина (реж. Сергей Чехов). В главной роли Виктор Яковлев (заслуженный артист РФ, наш земляк, уроженец Уфы).

Спектакль «Река Потудань» – это история возвращения с войны юноши Никиты Фирсова, история обретения себя, своей мужской силы. Интересно, что изложена она приемами театра физического, визуального и аудиотеатра. Актеры не произносят на сцене ни слова. Текст повести появляется на стене и доносится из динамиков. Его читают актеры Юрий Новохижин, Надежда Чепайкина, Виктор Яковлев (заслуженный артист РФ, уроженец Уфы), которые играют стариков.
В начале спектакля звуки буквально обрушиваются на зрителя. Обрывки фраз, лязги, шумы, перемешиваясь и наслаиваясь, сумбурным гулом давят на слух. Постепенно, по мере развития сюжета, действо начинает освобождаться от излишнего звукового нагромождения, и платоновский текст раскрывается в своей самобытной красоте, выравнивается, становится прозрачнее, внятнее и душевнее. Поначалу не гармонируя с действием, происходящим на сцене, ближе к финалу сольется с ним, дополняя и замыкая его.
В сценографии представлен «отрезанный метр» коридоров казенных помещений с узнаваемой зеленой покраской стен (художник Анастасия Юдина). Условно, это больница или дом престарелых, где три пожилых человека с отстраненными и потерянными лицами сидят в креслах. Искусственный холодный свет усиливает у зрителей ощущение отчуждения от жизни, чувство глубокого одиночества. Медсестра, или же сестра милосердия (Илона Гончар), не зная отдыха ухаживает за пациентами, проходя от одной палаты к другой. По замыслу режиссера, именно она является центральным, ключевым образом в спектакле. В одежде, стилизованной под униформу медицинских сестер начала XX века, героиня олицетворяет саму жизнь, помогает исцелиться этим истерзанным войной больным и преждевременно состарившимся людям. Она же, молодая красивая Люба Кузнецова, возлюбленная Никиты, одновременно воплощает и образ реки Потудань, иносказательно «реки жизни».
Люба работает в реабилитационной клинике, «водолечебнице», одновременно с процессом восстановления здоровья здесь происходит таинство, инициация героев, ведущая к возрождению. Медсестра учит заново ходить, танцевать полумертвого, еле волочащего ноги «старика» Никиту (Виктор Яковлев). Дает ему почувствовать вкус воды, тепло прикосновений, прохладной ладонью снимает жар со лба, нежно укрывает, подносит лекарства. Но и сама героиня пропускает через себя боль своих подопечных, в некоторых сценах актриса отворачивается от Никиты, не пьет с ладони им принесенную, еще пока «мертвую» воду, бьется в конвульсиях, своей надломленной пластикой выражает страх, бессилие, отчаяние. Рукой-крюкой водит по лицу Никиты, «умоляюще» ползает в его ногах или сворачивается клубком, вдруг пугливо и беспомощно льнет к нему. И эта одна из самых пронзительных сцен спектакля, когда Никита и Любовь смотрят друг на друга. Не только люди страдают от ужасов войны, самой «жизни» больно за людей. Пластика актрисы поражает своей выразительностью. В середине действа звуки становятся тяжелыми и глухими, словно продирающимися сквозь толщу воды и всполохи света, все происходящее на сцене становится ирреальным, запутанным, едва узнаваемым. Это кульминационный, переломный момент, образно говоря, пик горячки, агонии больного сознания, после которой страдающий либо выживает, либо умирает. Никита приходит в себя, выздоравливает от своей тоски и немоты, узнав, что Люба, его «жизнь», пытаясь утопиться в Потудани, заболела и ждет его, погибая от печали (тело актрисы ватное, неуправляемое). На сцене теперь появляется молодой Никита (Денис Золотарев), и он так же, словно в водовороте, движется от одной двери к другой. Аудиоповествование и фоновая музыка начинают гармонично дополнять визуально-пластический образ спектакля. Подняв на руки обездвиженную «медсестру – жизнь – Любу», Никита подносит ее к реке жизни Потудани, и героиня с жаждой и упоением пьет из нее. А к Никите возвращаются жизнь, любовь и желание. Юноша, превращенный злым духом – «войной» – в старика, «расколдовывается» благодаря животворящей силе любви, силе жизни и чудодейственной «живой воде» Потудани.
Как ни странно, это предсказуемый, наглядно дидактический режиссерский прием, часто применяемый в «классическом театре», органически вписался в заданную режиссерскую стилистику. Ценнее всего, что он сработал в строгом соответствии с жизнеутверждающей авторской идеей произведения, счастливо завершив историю возвращения с войны Никиты Фирсова.

Опубликовано в Бельские просторы №10, 2020

Вы можете скачать электронную версию номера в формате FB2

Скрытое содержание доступно только для подписчиков Lit-Web. Если вы подписчик, авторизируйтесь на сайте. Если еще нет, то приобретите премиум-подписку.

Балгазина Азалия

Родилась 9 апреля 1978 г. в Уфе. Окончила Уфимский педагогический колледж № 1 и театральный факультет УГИИ. Работала редактором отдела культуры НИК «Башкирская энциклопедия», сейчас заведует музеем Башкирского академического театра драмы им. М. Гафури. Занимается историей театрального искусства РБ.

Регистрация

Сбросить пароль