Алёна Шомысова. ЧЕТЫРЕ САНТИМЕТРА СЧАСТЬЯ

Рассказы. Авторский перевод с коми

Память

Бабушка очень мало рассказывает о своём детстве. Почти ничего. Ну, цыгане каждое лето приезжали в их село, весь берег реки занимали. Все такие смуглые, длинноволосые, в цветастой одежде. Бабушке ой как страшно было идти к ним в табор. Всех детей тогда пугали: будешь непослушным – цыгане посадят на свою тарантайку и увезут навсегда. Вот шла бабушка по табору, а сердечко стучало, как у загнанной лошадки: тук-тук-тук-тук-тук. Ей всё время казалось, что вот-вот её схватят и спрячут в груде одежды. И больше она не найдёт дорогу домой. Поэтому бабушка ни на шаг не отставала от старшего брата, а для пущей верности хваталась за полу его пиджака. Но она была без ума от цыган. Как они всё-таки красиво пели, как танцевали!

Неужели я тоже забуду обо всём, что со мной происходит? Вот это лето, например? Точно забуду. У меня же голова дырявая. А вот хорошая память… у планшета. На нём и запишу всё моё лето. Если только какой-нибудь цыган не украдёт. Планшет имею в виду.

Почтальонша

В нашем доме живёт почтальонша. Она работает на износ. Целый день разносит одни и те же посылки. Причём не кладёт их на виду, а прячет: то в шкафу, то на печке, то под кроватью. Посылки, видимо, очень ценные: нам не разрешается к ним подходить даже на миллиметр. И для подстраховки почтальонша снова и снова перепрятывает посылки, чтобы мы их точно не нашли.

Но наконец она от усталости падает прямо на рабочем месте и засыпает мертвецким сном. Тогда мы достаём посылки и любуемся ими. Они лёгкие, как пушинки. И мохнатые, как шубы. Мы их гладим, а они почему-то пищат. Почтальонша мигом прибегает на своих мохнатых лапах. И посылки опять уплывают из наших рук.

Это голос!

Я ужасно, ужасно боюсь пауков. Когда я вижу паука, становлюсь ватной, как лоскуток облака. Очень сильно жмурюсь. И начинаю визжать, точно дедушкина бензопила.

Мне кажется, мой голос в эти минуты пропиливает всё на своём пути: и стены, и пол, и потолок, и деревья в саду. Всё, кроме самого паука. Паук спокойно подходит ко мне и взбирается на мою ногу. Прохаживается по ней взад и вперёд. Как хозяин.

Шершавые ножки семенят по моей коже. Мне щекотно, но совсем не смешно. Я считаю секунды, когда же паук вцепится в меня и начнёт пить мою кровушку. Но он медлит. Наверное, ждёт, когда я сама умру от страха. И тогда возьмётся за свою работу.

Но в конце концов меня всегда спасают. Даже прохожие. Ну кто устоит против такого визга? Это голос!

Подружки

У меня есть подружки – Лиза и Ксюша. Сёстры. Живут в соседнем доме. Они младше меня и во всём слушаются. Всюду ходят за мной. Как кудрявые ягнята за мамой. Ну никуда от них не скрыться! Я к бабушке – они за мной. Я на улицу – они тут как тут. Я на земляничную полянку – они следом. Никакой личной жизни!

Приходится с подружками играть в куклы. Я-то уже большая, могу и не играть. Но без меня им не справиться. Показываю, как надо пеленать лялю, поить и укладывать баиньки. Ох уж и устаю я за целый день! А ещё присматриваю за лялями, когда подружки уходят на тихий час к себе домой. Хитренькие, с собой не берут. Как будто мне очень хочется столько ляль нянчить.

Сегодня подружки целый день не приходили. Пошли в гости к тётушке. Хоть бы ляль своих мне занесли. А то с одной лялей скучновато…

Штаб

Богдану всё время скучно. То он не хочет с нами в «дочки-матери» играть, то не хочет наших кукол носить на прогулку. Подойдёт к своей маме и взвывает как волчонок: «Мне ску-у-у-у-учно». А чем ему мама может помочь? Она же не мальчик, не станет с ним бегать и лазить везде.

Вот сегодня Богдан опять затосковал. Выл, выл, выл, выл, а потом подбежал к нам и сказал, что у него есть идея. Мы с Никой заинтересовались. А он: давайте сделаем штаб.

Штаб у нас получился что надо. И место удачное: на пригорке, а вокруг рвы. Ни один враг не подберётся. Врагов пока немного – соседские девчонки. И ничего, что они вчера были моими подружками. Время всё расставляет по своим местам.

В штабе сидеть надоело быстро. И мы стали выслеживать своих врагов. Как только они выходили из своего укрытия, мы нападали на них. А те удирали. Нам ещё ни разу не удалось их поймать. А то бы взяли в плен. И… обратно бы отпустили. Нам в штабе и самим тесно. Пленных ещё держать, поить, кормить…

К вечеру мы уже забыли о своих врагах и стали спокойненько кататься с пригорка. Кубарем. Скоро наша одежда позеленела от травы. Мы с Никой смеёмся друг над другом, выуживая из волос травинки. А Богдан смотрит, смотрит на нас и опять за своё: «Ску-у-у-у-учно!»

Летнее кафе

Мы попросили у бабушки летнее кафе. Она загадочно сверкнула глазами-очками и сказала: «Будет вам кафе!» Бабушка раздала нам инвентарь. Мне – метлу, Нике – грабли, Богдану – тележку. И повела нас в сад. Сад дёрнулся от испуга. И птицы с веточек разлетелись кто куда.

Мы убрали прошлогоднюю листву и кое-какой хлам. Поставили стол и скамейки. Повесили на деревьях цветочки в кашпо. Затем помогли бабушке накрыть на стол. Она достала из серванта наши любимые чашечки с блюдечками. Они выходят в свет только по праздникам. Такие яркие, как цвета радуги. Моя – жёлтенькая, у Ники – красненькая, у Богдана – зелёненькая. А взрослым без разницы, из какого цвета пить.

Сидим в кафе, чай попиваем. С блинами. Птички поют в листве, обратно вернулись. Сад качается под их песенки. А мы молчим. Не из-за того, что наши рты набиты. Просто хочется помолчать. Слушать дыхание ветра и молчать. Это как бабочка наконец-то выходит из своего кокона и расправляет затёкшие крылья. Впереди – целая жизнь! А ты уже устала. Вот и мы так же. Как уставшие бабочки.

Четыре сантиметра счастья

Говорят, счастье не измерить. А я не верю. Всем докажу, что это не так.

Целый день хожу с линейкой. Всё измерила. Любимые игрушки, телевизор, шанежки, коробку для творчества, книжки, одежду… Даже маму с папой. И бабушку с дедушкой. Только на фотографии. Вживую моя линейка не достанет.

Что же я забыла? Дом. Нет, конечно, это счастье. Но больше для мамы и папы. Сад? Тоже не то.

Конечно! Как же я могла забыть? Счастье-то – вот оно! Солнышко! Ровно четыре сантиметра! Оно меня щекочет по утрам своими лучиками, смеётся со мной, прыгает. Жаль, солнышко не мячик. Не поймать его.

Синий кит

Сегодня я проснулась оттого, что на меня кто-то смотрит.

Я открыла глаза, а в окне – огромный глаз. И смотрит так нахально. Как будто усмехается. Вот я какой большой, а ты – букашка. И дом твой – букашкин. Ну прям как я, когда заглядываю в муравейник.

Я спрыгнула с кровати, чтобы лучше рассмотреть, кому принадлежит глаз. Но глаз уплыл. Скорей всего, это был синий кит. Говорят, раз в столетие его заносит в наши края. Поплавать бы на его спине! Когда я приплыву обратно домой, мне будет уже 106 лет. Со старушкой никто не захочет играть. Тогда мне придётся сидеть у окошка. Лучше я дома останусь!

Зонтик

Как-то иду домой. Вот он уже на горе – величиной с мизинец. А все-таки ещё далеко. Если бы у меня были крылья, один миг – и дома. А ножками топать и топать. К тому же в гору. Почему мы так далеко живём?

И тут я заприметила недалеко от дороги зонтик. Он был необычный, с куполом из белых цветочков. Я оторвала зонтик из травы. А он оторвал меня от земли и понёс прямо по воздуху! Сердце сразу же сбежало в пятки. Не думала, что будет так страшно. Но я быстро привыкла и даже пыталась махать одной рукой. Как однокрылая птица. Все дети запрокинули головы: я же не могу лететь молча! Смотрели на меня, разинув рты. А собаки, а собаки! Собаки захлебнулись от лая. Может быть, издалека я похожа на косточку?

Весь мир застыл от изумления. А я летела себе и думала: как удачно нашёлся этот зонтик. Теперь все захотят со мной дружить.

Тайник

Тихонько наступает осень. Настало время вытаскивать тайник. Жестяная шкатулка из-под чая. Крышка открывается тяжело: тайник сопротивляется. Вот оно – моё лето. Причудливый листок с деревом внутри. Кедровая шишечка. Камешек в форме сердца. Волшебное перо. Высохшая бабочка. Малюсенький ключик. Приплюснутый колокольчик. Поблёкший василёк. Все они с грустью смотрят на меня. И я чуть не плачу. Так хочется вечного лета. Но такого не бывает.

Я оставляю их одних и бегу на полянку за домом. Я знаю: там ещё растёт одуванчик. Хватаю солнечный цветочек и бегу обратно, пока он не успел поседеть и разлететься по ветру. Кладу ярко-жёлтый комочек в свой тайник и зарываю обратно под корнями черёмухи. Пусть там будет постоянно светить солнышко – до следующего лета.

Опубликовано в Бельские просторы №6, 2020

Вы можете скачать электронную версию номера в формате FB2

This content is for members only.

Шомысова Алёна

Сыктывкар, 1986 г. р. Окончила факультет национальной филологии Сыктывкарского государственного университета. Печаталась в журналах «Войвыв кодзув», «Арт», «Юность», в альманахах «Белый бор», «Búzavirágok közt alszom el» («Пöлöзнича пöвстын»/«Среди васильков»), «Seal kaugel-kaugel» («Там далеко-далеко»). Пишет поэзию и прозу. Переводит на коми язык произведения финно-угорских и русских авторов. Переводы опубликованы в альманахах «Черёмуховая речка», «Белые ночи», «Светлые реки». Её стихи и рассказы переведены на русский, эстонский, английский, венгерский, мокшанский, эрзянский, удмуртский и ненецкий языки. Автор книг «Дзар» («Свет») (2011), «Чöв!» («Молчи!») (2012), «Юрсигусь бордъяс» («Крылья стрекозы») (2014), «Кöчильлы козин» («Гостинец зайчику») (2018). Лауреат литературной премии имени Александра Лужикова (2012). Член Союза писателей России с 2016 года.

Регистрация

Сбросить пароль